Интернет в Украине будут контролировать под предлогом “борьбы с вредным контентом”

В интервью изданию “Дело” я рассказал об основных тенденциях в интернет-среде и поделился мнением о платном контенте, псевдоборьбой с вредной информацией и приватности в сети.

 
 
 
Как изменится пользовательская интернет-среда в следующем году?

Ничего революционного не произойдет, но существуют развивающиеся тренды, к примеру “мобилизация” и “планшетизация”. Кроме того, будет укрепляться влияние социальных сетей. Несмотря на некий скепсис специалистов, я считаю, что в 2013 году будет активно развиваться Google+ и его влияние станет заметным.

В этот период сильно увеличится влияние гугловских сервисов, а в целом на рынке соцсетей станет тесно. Foursquare и LinkedIn, которые еще год назад воспринимались у нас как экзотика, в 2013 году также займут свое место.

Насколько стремительно в Украине будет развиваться рынок облачных услуг?

Никакой стремительности в этой области в 2013 году не предвидится. Рынок облачных услуг развивается, но достаточно медленно — это связано с тем, что психологически тяжело выносить свои сервисы в “облака”. Также здесь играет свою роль технологическая неподготовленность и недостаток квалицифированных специалистов в целом.

Ожидаете ли вы ухудшения ситуации со свободой слова в сети?

Я уверен, что под предлогом борьбы с вредным контентом будет предпринята не одна попытка внедрения регулирования распространения информации. Насколько эти попытки будут удачны — зависит от самосознания украинских граждан. На опыте России можно посмотреть, чем заканчиваются такие инициативы. К примеру, после принятия закона о блокировании “опасной” информации первыми заблокированными оказались отнюдь не сайты детской порнографии, а вполне себе добропорядочные ресурсы, такие как Либрусек и Лукморье. Такие ресурсы могут кому-то не по душе, но никакой общественной опасности они не несут. А принцип “нравится/не нравится” — это не повод для блокирования информации. Если подобный инструмент возникнет у нас, то он может быть использован не в тех целях, для которых создавался.

Но сегодняшняя технологическая база не дает возможности эффективно осуществить идею блокирования опасной информации. Опыт Китая и России говорит о том, что это не работает — для преступников такие ограничения не являются преградой в распространении вредной информации, более того, этот инструмент используется для давления на ресурсы, которые на самом деле не являются опасными.

Если будет создан любой внесудебный механизм, то он будет использоваться соответственным образом. Если заглянуть в историю, то легко заметить, что удачных примеров применения внесудебных карательных механизмов не существует.

Считается, что персональная информация становится менее защищенной — так ли это?

Дело не в том, что персональная информация становится менее защищенной, а в том, что в нашей жизни становится все меньше персональной информации. Современные технологии обрекают нас на большую публичность в частной жизни. Вопрос не только в интернете, но и в телефоне, который знает наше местоположение, или в камерах, установленных в городе. Просто объем приватности в мире сокращается.

Это не хорошо и не плохо — это факт. Примечательно, что количество приватности сокращается не только для частных лиц, но и для государств тоже. Количество секретных сфер в структуре государства будет сокращаться, так как обеспечение секретности в прежних объемах становится слишком затратным, и ресурс Wikileaks тому яркий пример.

А вот частным лицам какой-то кусочек своей частной жизни сохранить в тайне можно, но его надо тщательно выбрать и засекретить, потому что все остальное вряд ли получится сберечь приватным.

Когда пользователи будут готовы платить за потребление контента в интернете?

Никогда, потому что любой пользователь мечтает о том, чтобы ему давали все бесплатно и побольше. Перспектива здесь — за бизнес-моделями с косвенной монетизацией, когда ты платишь не за потребленную информацию, а своим вниманием: просмотром рекламы, к примеру. То есть речь идет о моделях, которые применяются в бесплатном и условно платном телевидении. И компании, которые эти бизнес-модели исповедуют, они же на поверхности — Google, Википедия, Facebook. Все крупные проекты, которые мы знаем, построены на этой бизнес-модели. Более того, на платной модели в интернете ничего великого построено не было, и уже вряд ли будет, потому что если бы это было возможно — это бы уже случилось.

Станет ли интернет более дорогой услугой? Чем это может быть вызвано?

Нет, не станет — в потребительской корзине украинца интернет будет занимать более или менее стабильное место. Если будет дорожать потребительская корзина — будет дорожать и интернет.

Почему в Украине при большом количестве специалистов в IT нет своих технологических гигантов?

При наличии специалистов в других отраслях, например, в космической индустрии, у нас так же не существует космических “гигантов”. Причина одна и та же — почему у нас нет своего машиностроения, автомобилестроения, интернетостроения? Ответ находится в устройстве государства, в экономике, и никакая IT-сфера в этом смысле не особенная.

IT-сфера в силу своей подвижности живее реагирует на изменения в экономике государства: если в экономике плохо, то в IT будет еще хуже. А если будут улучшения экономического и инвестиционного климата — то IT отреагирует в первую очередь.