«Пространство.уа» — книга в бесплатном доступе с интервью Александра Ольшанского и других деятелей Уанета

Первая книга об украинском сегменте интернете — «Пространство.уа: действующие лица» — была издана чуть более года назад и ранее продавалась в интернет-магазине Yakaboo. Но сегодня она стала доступна бесплатно онлайн решением автора, партнёра венчурного фонда AVentures Capital Евгения Ленга.

Мы публикуем выдержки из интервью Александра Ольшанского, главы холдинга «Интернет Инвест» и одного из евангелистов Уанета, которое также вошло в состав книги. Беседу на страницах «Пространства» ведёт сам Евгений Ленг:

Александр Ольшанский

Евгений Ленг: — Александр, быть самым влиятельным человеком интернета Украины – это в тягость или в радость?

Александр Ольшанский: — Не знаю… Дело в том, как я к этим оценкам отношусь. Что значит «самый влиятельный»? Мне кажется, этот титул как-то не определен. Во всяком случае, на меня это не сильно влияет, я этого не чувствую.

– Помнишь, как все начиналось, как зарождался украинский интернет?

– Конечно. Интернет как бы из двух частей состоит. Я оказался причастен и к одной, и ко второй. Интернет, с одной стороны, – это железо и все с ним связанное, а с другой – наполнение того, с чем взаимодействует сам пользователь. Сейчас молодому поколению кажется, что интернет сам по себе существует, что железной прослойки нет. Они об этом не задумываются, но на самом деле она есть. Я помню еще время, когда казалось наоборот, что самое главное – чтобы «железо» работало. А что там эти сайты? Толку никакого с этих сайтов нет. Людям почта нужна, и слава Богу. Акценты смещались, и мне повезло, что я видел обе эти части.

– Давай напомним контекст. Вот цифры: во-первых, это было то время, когда, как сегодня смеются, «мобилы были большими»

– Да не было еще «мобил», наверное. Смешная история: я когда-то был в Америке, в университете штата Орегон. У нас была обширная программа, всякие встречи с местными знаменитостями, достопримечательности и т. д. Один джентльмен не верил, что в то время в Украине уже существовали компании, которые продавали интернет. Он тогда еще интернетом не назывался, но, тем не менее, это было. Он не верил мне, потому что в то время таких стран в мире было мало.

– В 1995 году на карте Украины интернета не было. ООН предоставила Институту Юхновского во Львове грант, у них была «тарелка». Через них по дозвону из Киева выходила в Сеть Верховная Рада. Был еще маленький узел в Харькове – вот и весь Уанет. Напомню кое-что еще: в 1998 году у «Рамблера» было 20 тыс. посетителей в сутки. Тогда казалось, что этот рекорд побить невозможно. Все мы привыкли к Mail.ru; так вот, Mail.ru открылся осенью 1998 года.

– Есть цифра гораздо круче: когда я первый раз услышал слово «интернет» и спросил всех своих друзей, чтó это, – мне никто не смог объяснить. Я познакомился с Сережей Полищуком, он сейчас живет в Канаде, известная личность. Полищук посчитал (это было начало 96-го года), что с 1999-го можно будет начинать профессионально заниматься интернетом. Кстати, я был в Киеве 192-м пользователем интернета.

– 196-м.

– Ты и это знаешь! Так я и начал профессионально заниматься интернетом в срок, который спрогнозировал Полищук в том файле Microsoft Excel.

– Перенесемся в наше время. Что сегодня представляет собой цифровое пространство Украины, что такое Уанет, как бы ты его охарактеризовал?

– Когда описываешь какую-то вещь, намного легче сказать, чего она собой не представляет. Поэтому я бы развеял некоторые заблуждения по поводу украинского интернета. Во-первых, украинский интернет не похож на российский. Во-вторых, украинский интернет сегодня достаточно большой – мы говорим о 16 млн пользователей, и, видимо, эта цифра в течение ближайшей пары-тройки лет дойдет до 30 миллионов, до такого физического потолка Украины.

Уанет в цифрах

– 98-процентный охват?

– Скажем, 90-процентный охват всего населения в возрасте от 10 лет и выше. Украинский интернет обладает особенностями, которые отличают его от цифровых пространств других стран. Например, у нас до сих пор список наиболее посещаемых сайтов возглавляют информационные ресурсы. Если взять российский интернет, то там список возглавляют либо системообразующие компании, например, «Яндекс» или Mail.ru, либо развлекательные ресурсы. В Украине так случайно сложилось, что локальные пользователи всегда воспринимали интернет как некий альтернативный способ получения именно информации.

С другой стороны, я бы охарактеризовал украинский интернет так: есть огромный нереализованный потенциал. Он мне напоминает сжатую пружину, потому что в стране огромное количество программистов, людей с высшим образованием, страна занимает видное место в мире по экспорту программного продукта, и при том в украинском онлайне до сих пор не существует ни одного глобального проекта. Российский интернет может похвастаться «Яндексом», «ВКонтакте», Mail.ru, «Одноклассниками»… Все это – проекты мирового масштаба. К сожалению, украинское цифровое пространство пока не смогло создать ни одной такой компании. Это серьезный вызов, задача, которую можно и нужно решить. Но это еще и возможность. Рано или поздно в Украине будут проекты мирового уровня.

– Согласен. А каков сегодня портрет типичного украинского пользователя интернета?

– Он существует в интернете относительно недолго, очень быстрый рост последние 2-3 года. Если взять средний интернет-возраст пользователя, то в Украине сейчас это те же года 2-3, опять же из-за быстрого роста.

– Мне кажется, даже меньше. Сегодня свыше 50 процентов роста интернет-пользователей происходит за счет маленьких городов.

– Да. Кстати, это тоже украинский феномен. Мы сами удивились: Интернет Ассоциация проводила исследование по проникновению интернета: в Украине проникновение Сети довольно равномерно. Сегодня даже в маленьком городе, даже в селе какой-нибудь интернет да существует. Для нас это было неожиданностью.

– Мобильный трафик интернета растет на 105 процентов в год. Да, он сегодня небольшой в общем мобильном трафике, но он растет на 105 процентов в год…

– Мобильный трафик рос бы на 1000 процентов в год, если бы была технологическая возможность. К сожалению, в Украине нет 3G- и 4G-сетей с достаточным охватом. А так бы он вырос радикально. С точки зрения проводов, в Украине интернет – штука, построенная заново. Это удивительно. Нам ничего не досталось от Советского Союза, не было никакой инфраструктуры, и в 2000 году люди, которые этим занимались, говорили, что в этой стране интернета настоящего, такого, как в Европе, не будет никогда. Мол, у нас не хватит здоровья построить эту инфраструктуру. А сегодня в Украине интернет лучше, чем в большинстве стран Западной Европы. Мы себе не отдаем в этом отчет, но по качеству связи украинский интернет лучше, чем в большинстве стран Западной Европы, и при этом еще в разы дешевле.

– И очень много wi-fi, много бесплатного доступа, что нехарактерно для других стран.

– Да, я был в Швейцарии, там даже к тому wi-fi, который бесплатный, доступ все равно через какие-то пароли, какими-то сложными способами. А украинцы воспринимают Сеть как вещь, такую само собой разумеющуюся, как воздух.

– Бывает, платишь в европейской гостинице несколько сотен евро за номер, а с тебя еще норовят взять 30 евро за интернет…

– Да-да. Вот этого в Украине нет. Для меня перелом произошел где-то два года назад, когда мы приехали в Судак (Крым) на конференцию. Там не то, что интернет, там мобильная связь не очень хорошо работала. А мы приехали, и я из холла гостиницы какой-то файл закачал, а он раз – и залетел! Мгновенно. Я посмотрел, там скорость 20 мегабит в секунду. Просто из холла местного отеля! Я в другую гостиницу – там тоже 20 мегабит. Спрашиваю: «Как же так?» А мне объясняют: «Там «Датагруп» какой-то кабель тянула по дороге мимо, в Феодосию, и местный предприниматель с ними договорился: они ему волосок от этого кабеля и провели». Так этот предприниматель за год весь Судак и окрестности оплел этими сетями и решил проблему уже навсегда.

– Каков процент российского трафика в Уанете?

– Если мы под российским трафиком понимаем российских пользователей, заходящих на украинские ресурсы, то процентов 20-25. А если мы под российским трафиком понимаем украинских пользователей, выходящих на российские ресурсы, то, думаю, процентов около 30.

– Приличные цифры. Какую почту используют украинцы?

– Конечно же, Gmail. Если говорить об интернете, он как бы поделен на глобальные сферы влияния между большими игроками. Украина – это сфера влияния «Гугла», а не «Яндекса». И это единственный русскоязычный рынок, который оказался в сфере влияния «Гугла». Все остальные русскоязычные рынки оказались в сфере влияния «Яндекса».

– Какая динамика развития поисковиков? «Яндекс» наращивает свое присутствие?

– Я бы сказал, что эти доли не сильно меняются. Был период, когда сначала «Гугл» отъел большую долю, потом она чуть-чуть уменьшилась. Потом «Яндекс» отъел чуть-чуть больше, но сейчас, я думаю, распределение где-то около 35 на 65, примерно, в пользу «Гугла», И эта цифра колеблется, но каких-то радикальных подвижек не вижу.

– Что происходит в социальных сетях? Как бы ты охарактеризовал социальный пор- трет украинца – пользователя каждой из этих сетей?

– Если говорить о распределении между соцсетями, то, конечно, Украина – это страна «Фейсбука» и в меньшей степени «ВКонтакте». «ВКонтакте» больше молодежи, люди постарше в основном используют «Фейсбук». Вообще, украинцы довольно активны в соцсетях. Яркий показатель: украинская «Википедия» недавно вошла в четверку самых быстрорастущих «Википедий» в мире и вышла на девятнадцатое место по посещаемости.

– Семнадцатое.

– Вошла в двадцатку. Это для Украины большой показатель, учитывая, что проникновение самого интернета еще будет расти и расти. Украинцы социально активны в Сети, им нравятся все эти социальные проекты, они любят общение, много пишут. Это связано с высоким средним уровнем образования. Украина – страна образованных людей, а образованные люди склонны больше писать и меньше читать. Социальная сфера порождается теми, кто пишет, а не теми, кто читает.

– Если говорить о социальном портрете различных групп населения, которые пользуются различными сетями, то мы отличаемся от России?

– Мне трудно сказать, я не знаком глубоко с российской спецификой, но мне кажется, что в процентном отношении использование «Фейсбука» несколько выше. Если говорить о социальном срезе, думаю, что здесь особой разницы нет. Сказывается близость культурных традиций.

– Как ты думаешь, почему в Украине не появилось ни своего поисковика, ни своей социальной сети?

– Попытка создать свой поисковик была. Во-первых, размер рынка. Украина находится в такой пограничной зоне, когда собственного рынка не хватает для того, чтобы развиться. Большинство стран в мире придерживается модели, когда нет своих собственных крупных проектов. Посмотрите на карту или на статистику – Украина реально большая страна. Большая по площади и по населению. Учитывая количество образованных людей, можно говорить о появлении больших собственных проектов. Просто внутренний рынок не настолько емкий, чтобы обеспечить этот скачок.

– Мне кажется, что вопрос связан, в первую очередь, с отсутствием капитала. Такого рода бизнесы требуют очень больших капиталовложений, плюс, в нашей стране в начале 2000-х, в отличии от России (Богуславский, Усманов и другие), не нашлось проницательных инвесторов в ІТ-сферу.

– Я, пожалуй, с тобой не соглашусь. Думаю, капитал здесь ни при чем. Есть украинские проекты, как мы говорим, «проекты с украинскими корнями», которые были ориентированы на внешний мир, заработали много денег, получили много инвестиций и т. д. Сегодня капитал не является проблемой. Проблемой является другое: для того, чтобы сделать проект мирового уровня, нужно вырастить соответствующего размера команду, соответствующего размера инфраструктуру. А это можно сделать, имея нужный объем потребителей.

– И переехав при этом в Кремниевую долину, с большей вероятностью?

– Да, но при этом проект перестает быть украинским. Считаю, что с развитием украинского рынка, его объем будет достаточен для того, чтобы этот фазовый переход в Кремниевую долину совершить не до того, а после. Разница именно в этом. «Яндекс» тоже есть в Силиконовой долине, и он торгуется не на российской бирже. Mail.ru тоже торгуется не на российской бирже. Но они это сделали после того, как добились успеха у себя в стране, а не до того. В этом – кардинальная разница.

– Ты как-то сказал: «Есть простое правило: если вы хотите посмотреть на любой украинский рынок, возьмите аналогичный российский и разделите цифры на десять». Это правило сегодня работает?

– Это правило работает в смысле денег. Легко понять, почему. В Украине примерно в три раза меньше населения, и у этого населения приблизительно в три раза ниже покупательная способность.

– В три раза ниже ВВП на душу населения.

– Да, это то же самое. Получается в итоге примерно десятикратный мультипликатор.

– А как себя в этих условиях чувствует современный интернет-бизнес в Украине?

– Хорошо себя чувствует. «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Украинский бизнес намного более ориентирован на внешний мир, чем, скажем, тот же российский. Украинцы сейчас массово пытаются строить сервисы, компании, которые экспортируют продукт. Я считаю, что для Украины это магистральный путь развития, потому что у нас с энергоносителями не очень сложилось. Что мы могли бы предложить миру? В мировом разделении труда, в мировой специализации какое место мы могли бы занять? У нас есть две вещи: сельское хозяйство и мозги. И в первом, и во втором случае у Украины конкурентов не так уж много. Но так уж в мире сложилось сейчас, что сельское хозяйство, все-таки, далеко не такая востребованная отрасль, как мозги. А мозгов в мире очень не хватает. Здесь крайне важно понять, что если мы эти мозги не сохраним и не научимся экспортировать продукты их деятельности, то нам придется экспортировать сами мозги. А сами мозги – медленно возобновляемый ресурс.

Скачать и читать

«ПРОСТРАНСТВО UA. ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА»