Ом Малик — об ответственности Интернет-сервисов, Big Data и этике

Известный эксперт по технологическим трендам, блогер и предприниматель Ом Малик делится видением того, как совместить этику, законодательство и особенности работы Интернет-провайдеров в эпоху «Больших Данных» (Big Data).

Будущее наступило раньше, чем мы думали

По словам Малика, сооснователь Google Сергей Брин в своё время прогнозировал создание машин и технологий, которые смогут принимать решения и анализировать данные куда лучше, чем это делают люди. Похоже, прогнозируемое Брином будущее настало не спустя многие десятилетия, а намного раньше. При этом у компаний-гигантов Кремниевой долины возник конфликт между виртуальной и оффлайн-реальностью, между законами и этикой, между необходимостью собирать, хранить, обрабатывать и использовать огромные массивы информации о пользователях всего Земного шара.

Кремниевая долина, по мнению Ома Малика, создавалась изначально как место, где люди пытаются не просто заглянуть в будущее, а жить так, как будто будущее уже наступило. Они и есть будущее, они строят завтрашний день. Достаточно взглянуть на смартфоны, планшеты, сенсорные технологии и всякие «умные» часы, чтобы понять, как быстро наступает то, о чём лет 10 назад только могли мечтать. И при всём этом нет этической и юридической определённости границ и уровня ответственности — неудивительно, что такое «непрогнозируемое» технологическое будущее настораживает не только правительственные структуры, но и обычных граждан.

Большие данные

Чувство незащищённости

Эксперимент Facebook с использованием данных участников соцсети без явного их согласия указывает на то, как относительно легко манипулировать собранными огромными данными, предлагая рекламу и просто информацию не ту, которую ожидает увидеть на экране планшета или ноутбука сам пользователь, а ту, которую решит показать ему «машина», уповая на тот факт, что в достаточно мере изучила его привычки и наклонности. Технологии, которые нам привычны и знакомы, вдруг оказываются способны «мыслить» и действовать самостоятельно, не спрашивая нашего согласия — это настораживает. Ловушка незащищённости — парадокс ощущений потребителя, описанный еще в 70-х годах ХХ века, как расхождение между представлениями человека о самом себе и «представлениями» рекламистов и компаний об этом же человеке, как потребителе их товаров и услуг.

Рекламные борды с новыми соусами или автомобилями сегодня заменены рекламными технологиями Facebook — но ощущение скрытого недовольства и дискомфорта от такой манипуляции осталось.

Как считает Малик, небольшой эксперимент Facebook, вызвавший в Интернете столько споров, — это срез того, какое будущее нас ожидает. Оно подчинится математически верным алгоритмам и будет практически всецело основываться на Big Data, как единственно достоверном источнике информации о потенциальном пользователе товаров, услуг и Интернет-сервисов. Человек будет своего рода «придатком» к тем данным, к «цифровому следу», который он оставляет в Сети.

Вопрос в том, как сама IT-индустрия будет регулировать этот процесс сбора данных, будут ли поставлены законодательные и этические рамки касательно того, какие данные можно/нельзя собирать и использовать, и в каких случаях нужно/не нужно просить согласия на их использование.

Данные «на продажу»

В Forbes уже открыто пишут о том, что различные стартапы вроде Waze, Moovit или Strava продают данные о поведенческой активности пользователей в коммерческих целях брендам, информационным площадкам и другим Интернет-сервисам. Личную информацию пользователя они, само собой, не продают; но при этом нет никаких барьеров, которые бы помешали в будущем дистрибуции и таких данных для каких-то закрытых рекламных платформ или иных коммерческих целей. То же касается информации с камер наблюдения на парковках и улицах; то же касается трекинга маршрутов, истории кликов по объявлениям и публикациям в соцсетях и на сайтах — список можно продолжать бесконечно.

Screen Shot 2014-08-08 at 12.49.00

Малик пишет, что пользователи сами не до конца знают, какие именно данные и кому продаются и как они используются сторонними получателями. Часто стартапы, работающие с Big Data, оказываются выкуплены крупными IT-компаниями вроде Google или Facebook, и тогда пользовательские данные небольших сервисов попадают в руки этих именитых игроков рекламного и информационного рынка. А вот что они с ними делают – этого мы, простые смертные, не знаем (да и не узнаем наверняка).

С одной стороны, отмечает Ом Малик, сбор и обработка огромного массива информационных данных позволяет в ближайшем будущем достичь небывалых успехов в телемедицине, управлении циклами производства, защите окружающей среды и экономии электроэнергии. С другой стороны, попади многие виды данных в руки спецслужб теоретического противника или в руки террористических организаций, ещё неизвестно, как те ими будут распоряжаться.

В идеале индустрии данных следовало бы создать внутреннюю саморегуляцию стандартов, но пока что ничего подобного не происходит.

Автоматизация всего и вся

Подобно тому, как в прошлом человечество пережило индустриализацию и промышленную революцию, теперь оно должно будет пережить этап автоматизации сервисов и систем во имя роста эффективности. В этом будут и положительные, и отрицательные моменты.

Автоматизация неизбежно лишит многих людей привычных рабочих мест и повлияет на структуру рынка занятости и профессий во многих странах, особенно с инновационной экономикой. Но уверенности в том, что всех рабочих заменят роботами нет никакой — есть очень много специфических критериев и сфер деятельности, из-за которых автоматизация по большей части будет носить вспомогательный характер, а не полностью заменит привычную живую рабочую силу.

Наиболее массовым станет процесс гибридизации труда — совмещения живого человека и систем комплексной автоматизации процессов. “Облачные” технологии, голосовое управление и системы дистанционной работы — первые предвестники намечающихся изменений в эпоху автоматизации.

По мнению аналитика данных Джона Формана, работающего в MailChimp, люди ещё не до конца понимают, как структурировать и оценивать свои данные, как «торговать» ими и проводить эквивалентный обмен массива пользовательской информации (который возник буквально из ниоткуда) на деньги, платежи и отчисления. По сути, сейчас идет обмен гражданских свобод и информации на деньги, что не всегда отвечает изначальным задачам монетизации Интернет-сервисов.

Моральный императив

Технологии, по словам Ома Малика, развиваются так, чтобы облегчить людям жизнь в ближайшем будущем, и становиться на пути прогресса из-за предрассудков или «теорий заговора» — не самый лучший вариант. Однако, создателям и менеджменту Интернет-сервисов, IT-компаний и технологий, работающих с данными, стоит задуматься над сохранением морального императива: свода этических норм и правил, которые ограничивают сферы и варианты использования сторонних данных без явного согласия своих клиентов.

Если отказаться от морального императива и никак не ограничивать работу с Big Data, уповая на принцип «дозволено всё, что явно не запрещено законом», современное человечество рискует столкнуться с ситуацией, когда личная неприкосновенность жизни, переписки и закрытой пользовательской информации не будет больше иметь никакой реальной ценности, кроме формальных деклараций в законодательстве. И тогда как раз и получится тот вариант будущего с «Большой Брат следит за тобой», которого все так опасаются.

Пока что нехватка реально работающей международной законодательной базы и практических наработок в этом вопросе ставит под сомнение полную искренность IT-корпораций в вопросе обеспечения конфиденциальности. Остается надеяться, что законодательные институты «подтянут» свои наработки до уровня развития технологий хранения и обработки данных.