О будущем интернет-провайдеров в Украине

Александр Ольшанский, основатель холдинга Internet Invest Group, в интервью “ВД” рассказал о том, к чему приведёт повторение попыток ужесточить правила работы для интернет-провайдеров, насколько выполнимо желание властей блокировать неугодные интернет-ресурсы, а также о том, чего ждать абонентам фиксированного интернет-доступа в нынешнем году.

Крупные операторы рынка ещё до попыток властей ввести лицензирование деятельности интернет-провайдеров высказывались за усиление регулирования отрасли. Как вы относитесь к этому шагу?

— Я к лицензированию отношусь плохо. Любая крупная компания, конечно же, заинтересована в том, чтобы создать более мелким компаниям некий барьер для вхождения в бизнес. Я вообще плохо отношусь к лицензированию как к таковому — как к вмешательству государства в экономику. Считаю, что государство не должно этого делать до последней и крайней необходимости.

Что подразумевается под выражением “серый” рынок услуг интернет-доступа”, которое используют лидеры рынка, говоря о необходимости усиления роли регулятора? Каков объём “серого” рынка?

— Я не знаю, что они имеют в виду под “серым” рынком. Я понимаю, что такое “серый” рынок лекарств, например. “Серый” рынок появляется там, где есть лицензирование. Обычно этим термином называют кого-то, кто торгует каким-то товаром, не имея на то лицензии. Соответственно, если товар безлицензионный, никакого “серого” рынка существовать не может по определению.

Речь о недоплате налогов и ценовом демпинге. Крупные провайдеры регулярно обвиняют в этом мелких…

— Это проблема налогообложения в нашей стране — оно неадекватно. Оно устроено таким образом, что большие платят больше, чем маленькие, не в разы, а в сотни раз. Но это не связано с интернетом. Это связано с системой налогообложения, которая отвратительна в принципе.

Причём она отвратительна не тем, что маленькие платят мало, а тем, что большие платят много. И тем, что наше налогообложение устроено таким образом, что очень легко заплатить налогов больше, чем заработал денег.

Лицензирование пойдёт на пользу крупным игрокам? (28 января с. г. ВР отменила закон, вводивший лицензирование интернет-провайдеров; таким образом, эта идея снята с повестки дня, не исключено, что временно — прим. “ВД”).

— Оно может просто уничтожить какой-то мелкий бизнес. Есть люди, которые думают, что от этого большим компаниям станет лучше. Что будет меньше конкуренции и т. д. Я не отношусь к их числу. Считаю, что ничего хорошего это не принесёт. Это похоже на наркотик. Если введут лицензирование, крупные компании получат некий импульс.

Но это быстро закончится, и потом необходим следующий импульс. И вскоре нужно будет ужесточать это лицензирование, и так до бесконечности. Потому что когда исче­зает мелкий бизнес — исчезает конку­рентное давление, компании прекращают со­вершенствоваться. Итогом всего этого процесса является проигрыш рынка и проигрыш потребителя.

Какая часть интернет-провайдеров покинет рынок в случае введения лицензирования?

— Я думаю, что никто с рынка, скорее всего, не уйдёт. Просто они будут консолидированы, появятся холдинги, работающие под чужими лицензиями. Но это путь в никуда. И я об этом уже говорил.

Подобные действия провоцируют и ценовые изменения. На сколько вырастут тарифы на услуги доступа к интернету, если лицензии таки введут?

— На величину коррупционной составляющей и дополнительные накладные расходы. Чтобы оценить её в цифрах, надо спросить, сколько денег будет стоить лицензия и насколько сложно будет её получить. Это во­прос не ко мне.

В Нацкомиссии по связи и информатизации объявили, что цена планировалась минимальной — от 170 грн. Каков реалистичный порядок цифр?

— Не знаю, может у нас появилось новое поколение людей, которое будет выдавать лицензии по 170 грн. просто по письму всем обратившимся. Мой предыдущий опыт в других отраслях украинской экономики подсказывает, что вряд ли так случится. Вообще, согласно законодательству, в Украине ли­цензируются виды деятельности, которые непосредственно могут быть связаны либо с угрозой жизни и здоровью людей, либо с угрозой национальной безопасности. Каким образом под это попадает интернет, я не знаю.

Как инструмент революций, насколько можно предполагать логику власти…

— Не стоит демонизировать интернет. В 2004 г., например, не существовало социальных сетей и соцмедиа. Мы об этом просто уже забыли. В принципе, революции случались задолго до изобретения социальных сетей. Это не имеет никакого прямого отношения к самому процессу. Это лишь инструменты, которые используют люди. Не будет этих инструментов, будут другие. Интернет не является источником революции.

Технически можно заставить всех провайдеров ограничить доступ к конкретным интернет-ресурсам? Насколько это выполнимо?

— Это очень сложный технический вопрос. Не понятно до конца, что имеется в виду в этом законе (“закон Колесниченко-Олейника”, отмененный 28 января — прим. “ВД”).

Поэтому точно я ответить на него не могу. Могу лишь сказать, что вообще в этой жизни возможно всё. Вопрос — за какие деньги. Опыт таких стран, как Китай, где доступ в интернет тотально фильтруется, говорит о том, что это стоит очень дорого и приносит очень маленький результат. Если не сказать никакой. Я много раз ездил в Китай. Каждый китаец знает, как выйти в интернет в обход государственного фильтра.

Это чем-то похоже на историю с глушилками для “Голоса Америки” в 1980-х гг. На них были потрачены огромные деньги. При этом сказать, что “Голос Америки” не слушали, никак нельзя. Вот такая среднебесполезная вещь. Опять же, это скорее создаст проблемы для законопослушных сайтов и не создаст проблем для сайтов с действительно опасным содержанием.

Закон, вводивший лицензирование интернет-провайдеров и блокирование сайтов, отменили. Есть ли основания полагать, что подобные нормы будут повторно предложены законодателями позднее?

— Моя точка зрения следующая. Все происходящее — и принятие таких законов, и, как следствие, происходящее на улице, — будет повторяться вновь и вновь. До тех пор, пока не будет сделана одна важная вещь.

В украинскую Конституцию нужно вписать набор поправок — “Билль о правах”. Примерно такой же, как в конституции США. Среднестатистический человек не может выучить 70 страниц Основного Закона, но легко может выучить одну страницу со своими правами. Причём эти поправки должны быть приняты таким способом, чтобы их нельзя было легко отменить и чтобы они были нормами прямого действия.

Как вариант, например, можно сделать, чтобы изменения в эти поправки принимались по отдельной процедуре и вступали в силу не ранее, чем, например, через 10 лет после того, как они будут приняты. Тогда невозможно будет принимать такого рода законы и, соответственно, сильно снизится вероятность возникновения уличных инцидентов, когда граждане фактически вынуждены отстаивать свои права таким способом.

И это, мне кажется, в гораздо большей степени повлияет на будущее страны, чем смена фамилии премьер-министра с одной на другую.