Тема недели: Крым в цифровой блокаде — каким он будет?

Вслед за туристическим сезоном 2014-го, который так и не состоялся, в Крыму отменяется деловой сезон для IT-компаний, стартапов и онлайн-сервисов. С февраля текущего года новый раунд санкций против России начал «добивать» те немногие Интернет-сервисы, которые до сих пор были доступны на полуострове без виртуального прокси и других «танцев с бубном». К чему приведёт война не только с помощью танков и тяжёлого вооружения, но и при помощи серверов и фильтров?

Краткий перечень того, чего в Крыму уже нет: официальной продукции Apple, доступа к фрилансерской бирже Odesk, доменов и хостинга GoDaddy, рекламных кампаний AdWords и AdSense. А ещё — корпоративного «железа» HP и Dell, браузера Google Chrome и приложений из Google Play и App Store. Игровые бренды вроде League Of Legends тоже понемногу закрывают доступ. Ударяет это всё по пользователям и стартапам, но мало отражается на позиции обывателей.

Зачем и для чего Крым отрезают от Интернета

После аннексии полуострова российскими властями численность войск, накопленных на основе переброски их на базу Черноморского флота РФ, не позволила тогда намного меньшему личному составу ВСУ оказать сопротивление. Далее настало вторжение пророссийских коллаборационистов в Донецкой и Луганской областях. Источник финансирования во всех случаях — один и тот же. Прекратить войну можно не только путём обстрелов, но и потянув за нужные экономические рычаги.

Россия очень долго носилась с идеей сделать из Крыма «новое Сколково» (судя по всему, проект этот, в отличие от проекта премьер-министра Медведева, должен был стать модной «игрушкой» для нынешнего президента РФ). Цель? Имиджевые затраты и контр-пиар: «вот мол, вы сколько угодно критикуйте нас и требуйте соблюсти границы мира, оформленные в 1946 году; а мы экономически победили и развиваем полуостров в новом ключе, а Украина не смогла».

Европа и США показывают на примере Автономной республики Крым, что «Россия тоже не смогла». С 1 февраля гражданам и компаниям США запрещено инвестировать в крымскую экономику и все виды тамошних предприятий, а также, предоставлять им услуги. Если учесть, что международный Интернет-банкинг и банкоматы (привет, Visa и MasterCard) вместе с мобильным роумингом (как минимум, Vodaphone — по сообщениям местный инсайдеров) уже отключены — то получаем полуостров, который стал цифровым «островом». Аксёнов бы позавидовал (не тот, который возглавил сепаратистское руководство Крыма, а писатель, чей роман сбылся с пугающей точностью).

Screen Shot 2015-02-04 at 17.28.41

На «референдум» ходили одни, а «попали под раздачу» другие

Американские санкции направлены на Крым, поскольку территория рассматривается в качестве оккупированной, а при этом с Российской Федерацией Штаты воевать за рынки и технологии не намерены (пока что). Возможно, потому что битва будет слишком неравной? Точного ответа у нас нет.

В Крыму, по сути, уже даже внутреннего Интернет-банкинга и мобильной связи не осталось, что уж говорить об аутсорсерах и сервисах, которые покидают полуостров один за другим. Кто-то сделал это ещё до санкций, просто сопоставив риски потенциальной войны за эту территорию. Кто-то делает это под давлением инвесторов, совета директоров или акционеров. Важно другое: отключения Интернет-сервисов, стартапов и прекращение официальных IT-поставок бьют совсем не по тем, кто поддержал аннексию по обе стороны границы. Давайте посмотрим на факты.

Apple, Hewlett-Packard и Dell снабжали техникой и приложениями компании, занимавшиеся в Крыму разработкой игр, программ и всё тех же мобильных приложений. Большинству разработчиков и менеджеров вопрос «единения с великой империей» никогда не был интересен. Зато он очень волновал военных и гражданских пенсионеров, бюджетников, жаждущих зарплаты немного выше. Пенсионеры и бюджетники даже год спустя продолжают лелеять ту же «розовую мечту». Программисты же уехали или перенесли основные офисы, оставив только удалёнщиков и фрилансеров.

Не так давно Google отключил возможность пользоваться рекламой в AdWords и AdSense, полноценно работать с Google Play и браузером Chrome. Как думаете, заметят ли это продавцы на городских рынках, торговцы сувенирами или какие-нибудь работники ЖЭК?

Прекращение работы Visa и MasterCard, наступившее ещё в конце прошлого года, – пожалуй, единственное, что ощутили на себе те люди, которые поддержали аннексию внутри АРК. Говорят, что в Крыму работает какая-то гибридная система денежных переводов, но полноценного банкинга нет, а активы банковских сетей либо проданы, либо заморожены. Но расчёты наличностью никуда не делись, а для 80% крымчан это — привычный способ платить за еду в магазине, коммунальные услуги и спутниковое ТВ. Больше им ничего и не надо.

Отключение PayPal, Payoneer, Skrill и Steam — это пару десятков тысяч геймеров и фрилансеров в Крыму. Не особо критично для того, чтобы отказаться от мечты «умереть в России», не так ли? По крайней мере, для жителей возрастной категории от 40 лет, которых куда больше, чем хипстеров с планшетами.

Screen Shot 2015-02-04 at 17.29.43

«Герои идут в обход»

Те из разработчиков, дизайнеров и QA-специалистов, кто до сих пор не покинул Крым, могут всё равно жить и дальше на полуострове и работать в IT-секторе. Хотя теперь им придётся предпринимать больше ухищрений для этого. За новыми iPhone и Macbook надо ехать в континентальную часть Украины или дожидаться парома в Россию (когда нет шторма или льдин в проливе). Второй вариант — «чёрный рынок», «серый» импорт и прочие подобные способы торговли гаджетами. Крым — не такой большой покупатель техники Apple, равно как НР и Dell, чтобы основная масса обывателей почувствовала «заморозку» продаж.

К заблокированным Интернет-сервисам можно получить доступ через VPN-клиенты и платформы вроде Tunnelbear, HMA и других. Да, со временем компании научатся блокировать и такие «обходные манёвры». Но даже тогда для смены сознания рядового гражданина, никак не связанного с IT, это вряд ли станет инструментом давления. Давить стоит на местные сепаратистские власти, на бюджетные структуры, на получателей банковских услуг из числа юрлиц (отключение от SWIFT, замораживание операций по личным и корпоративным счетам, как минимум). А немного возни с покупкой в Steam не сработает для условных аксёновых и поклонских — они вряд ли в CS:GO играют.

Финальный «эффект Крыма»

Миграция кадров, падение рубля, уход инвесторов, прекращение доставки из отечественных Интернет-магазинов и «Кремниевая пустыня» вместо «Долины-3» или «Сколково-2» — таковы итоги крымских санкций. Сокращение прямых иностранных инвестиций, вывоз стартапов, отказ фондов и выход из держателей акций в IT-компаниях с российскими корнями или пропиской — итоги «второго уровня», уже более заметные в самой Федерации, чем в Крыму.

Пакет санкций рассчитан до декабря 2015 года, так что положение дел в IT-секторе для Крыма выглядит делом решённым. Россия пытается «сохранить лицо», предлагая сервисы «Яндекса» и Mail.Ru Group вместо заблокированных или постепенно сворачивающихся иностранных аналогов, а также, лоббируя китайскую hardware-продукцию вместо американской (с поставками из КНР пока никаких проблем не наблюдается).

Если так пойдёт и дальше, Крым просто замкнётся на российский IT-рынок. Да, никакого «Сколоково-2» здесь не появится, но оставшиеся разработчики будут обслуживать российские компании «на большой земле», пользуясь российскими же сервисами, платёжными Интернет-системами и продолжая довольствоваться сужением потенциального сегмента клиентов. Впрочем, и российских клиентов мелким крымским IT-компаниям и студиям хватит с головой, а большие аутсорсеры всё равно уже покинули Крым.

Screen Shot 2015-02-04 at 17.29.29

PR-стратег компании «Ольшанский и партнеры» Сергей Дидковский полагает, что куда лучше, чем санкции, на умы крымчан смогли бы воздействовать «Интернет-войска»:

[message type=”info”]Американцы давно работают в Интернете. Россияне, как мы знаем, профессионально занимаются поведенческой социологией в Сети и умеют создавать информационные вбросы. Задача Интернет-войск — контроль нарратива. Проще говоря, направление аудитории в нужное русло. Ещё проще — создание мнения о событии.

У нас, в Украине, и я это знаю точно, Интернет-армии нет, а значит нет цифрового суверенитета. С другой стороны, есть свобода слова, чистой воды плюрализм мнений.

Есть структуры, работающие по заказу частного капитала, для выполнения коммерческих задач. Но на государственном уровне в Интернете смыслами никто не управляет.[/message]

Управление смыслами и своего рода контрпропаганда на этапе оккупации важны не менее, чем санкции. При этом дают намного больше. Потому что условный обыватель в возрасте 40 лет или 70-летний пенсионер вряд ли поймут, что такое Интернет-платежи, виртуальный магазин приложений или доступ к репозиторию программ. Сколько их не отключай, вряд ли удастся отключить «Россию в головах» у тех, кто смотрит телевизор вместо YouTube и читает пророссийские газеты вместо книг. Приходится признать, что информационное противостояние мы проиграли. А возвращение Крыма без такой работы невозможно (и в Интернете в том числе). Пока что, по данным GfK, 82% жителей Автономной республики Крым продолжают выступать за присоединение к РФ.