“Третья волна” футуролога Элвина Тоффлера – краткое изложение книги

Развитие цивилизации происходит волнами – считает американский философ и социолог, один из авторов концепции постиндустриального общества. Волна у Тоффлера — это рывок в науке и технике, который приводит к глубинным сдвигам в жизни общества, о чём он и пишет в своей книге “Третья волна”.

В рамках сотрудничества редакции блога Imena.UA с проектом Smart Reading мы публикуем в еженедельной рубрике Книги только самые ценные идеи из лучших нон-фикшн книг (саммари), которые пригодятся в работе и не только.

Сегодня в центре нашего внимания книга Элвина Тоффлера “Третья волна” (Alvin Toffler, “Third Wave”), из категории обязательных к прочтению книг для образованного человека. Элвина Тоффлера часто называют поп-футуристом. “Третья волна” была впервые опубликована в 1980 году, но её тезисы актуальны и сейчас. Тем более, что по оценке Тоффлера мы будем наблюдать за тем, как третья волна развития человечества окончательно сменит вторую – в 2025 году.

Введение

Книга Тоффлера посвящена пришествию цивилизации третьей волны. Используя метафору волн, Тоффлер хочет подчеркнуть, что возникновение новой цивилизации — это не единовременное событие, а продолжительный процесс зарождения, экспансии и угасания. Причём несколько цивилизационных волн действуют в мире одновременно, но с разной силой и в разных направлениях.

Эти волны иногда называют технологическими потому, что в основе каждой из цивилизаций лежат свои особые технологии производства. У каждой цивилизации есть свой основной ресурс, который во многом определяет её характер.

Но Тоффлер в книге “Третья волна” особо отмечает, что цивилизация — это не только технологии или экономика. Это комплекс взаимосвязанных технологических, экономических, организационных, социальных и политических принципов и институтов, которые соединяются между собой в единый, точно пригнанный механизм (так выражается человек второй волны) или образуют единую экосистему (сказал бы человек третьей волны).

Каждой цивилизации присуще свое особое мировоззрение, своя мораль, свой уклад жизни. Причём мировоззрение, принципы и институты новой волны не вырастают эволюционно из тех же элементов более ранней волны, а формируются на основе своего уникального генома новой цивилизации.

Поэтому коллизии волн носят не эволюционный, а революционный характер, а приход новой волны сопряжён с войнами, революциями и другими потрясениями.

И надо всем этим бушующим морем самых неожиданных столкновений формируется главный конфликт современности — между наступающей третьей и откатывающейся второй волной. Когда мир сотрясается под напором сразу двух волн, ни одна из которых не является доминирующей, видение будущего ускользает, становится фрагментарным. К противоборствам и конфликтам сторонников и противников каждой из волн добавляются внутренние конфликты каждой из них.

Понимание природы этих конфликтов, утверждает Тоффлер, даёт нам возможность не только увидеть альтернативы будущего и определить, за что на самом деле выступают многочисленные политические и общественные силы, но и найти собственную роль в этом процессе, какой бы ничтожной ни казалась одна личность на фоне таких тектонических сдвигов.

Книга Тоффлера “Третья волна” помогает научиться отличать силы и процессы уходящей второй волны от проявлений нарастающей третьей волны.

Вторая волна

В своей книге Тоффлер выделяет три волны цивилизации: сельскохозяйственную, индустриальную и третью, которую он иногда называет ещё информационной.

Первая волна начала свое движение примерно 10 тысяч лет назад, когда собиратели и охотники научились возделывать землю и перешли от кочевого образа жизни к оседлому. Сегодня эта волна практически исчерпала свою силу, медленно, но неотвратимо обойдя весь мир. Только горстка первобытных племён осталась на стадии охоты и собирательства.

Главным ресурсом первой волны была земля, а большая часть её продукта потреблялась теми, кто его непосредственно производил. Время в цивилизации первой волны ходило по кругу, повторяя циклы сельскохозяйственного производства.

Первая волна стала терять силу в промежутке между 1650–1750 годами, когда появился гребень второй волны, создавшей индустриальное общество, которое, в свою очередь, завоевало мир.

С 1950-х годов вторая волна после 200 лет экспансии тоже пошла на спад в промышленно развитых странах. Тоффлер берёт за «точку перегиба» пятидесятые годы ХХ века потому, что именно тогда в США численность работников умственного труда и сферы услуг впервые превысила численность промышленных рабочих.

Примерно тогда же в странах индустриального мира начала свой разбег третья волна. И по мере того, как она набирает силу, сталкиваясь со второй волной, устаревшие принципы и институты второй волны начинают трещать по швам под её напором.

Третья волна

Систематический анализ может ответить на многие вопросы, но, в конце концов, нам придётся разобраться в парадоксах и противоречиях, которые ему не подвластны. Предвидение, воображение и смелый (хотя и предварительный) синтез поможет нам в этом деле.

В доиндустриальную эпоху человек получал образы по очень узкому каналу, в основном от близких людей. Через личное общение, которому свойственен спокойный ритм, многочисленные паузы и повторения. С наступлением второй волны количество каналов, из которых индивидуум получал представление об окружающем мире, увеличилось. К личному общению добавились газеты, журналы, радио и телевидение. По этим каналам (в основном в унисон) вещали церковь, правительство, семья и школа. СМИ стали не только мощным усилителем трансляции этого контента, но и производителем своего собственного, — встроенного, тем не менее, в общий хор. СМИ заняли ключевое место в стандартизации поведения, необходимой для индустриального производства.

Формируемые индустриальными СМИ образы были более податливыми к изменению, чем образы доиндустриальной эпохи. Но третья волна привела к многократному ускорению обновления библиотеки образов в нашем сознании. Это означает, что сами образы становятся все более короткоживущими.

Но третья волна не только кардинально ускорила оборачиваемость образов, она затронула и более глубинную структуру информации.

Демассификация средств информации стала естественным следствием удешевления себестоимости создания информационных носителей. Во времена написания книги (1980 г.) многократное удешевление печатного процесса мелких тиражей привело к тому, что каждый клуб по интересам, каждая конфессия, каждое сообщество и каждый муниципалитет смогли позволить себе издавать собственную газету или журнал.

В 1977 году впервые в истории телевидения в США аудитория телезрителей сократилась.
Спутниковое и кабельное телевидение, видеокассеты, видео на заказ нарезали аудиторию телеканалов на узкие сегменты. Господство телеканалов в навязывании всем, что и когда смотреть, навсегда осталось в прошлом.

Третья волна принесла с собой новую инфосферу. Наступила эра демассифицированных средств информации, которая окажет глубокое воздействие на то, как формируется наше представление об окружающем мире.

Демассификация средств информации ведёт к тому, что вместо работающих в унисон каналов, продвигающих единое представление о мире, мы стали получать информацию отрывками из гораздо большего количества часто противоречащих друг другу источников. Состоящий из коротких блипов информационный поток трудно поддаётся классификации. Отчасти это происходит потому, что блипы часто не укладываются в доминирующие концепции индустриального прошлого, но ещё и потому, что их форма выглядит слишком нелогичной и фрагментарной.

По отношению к новой форме подачи информации легко отличить, к какой волне принадлежит человек. Раздражение нелогичностью и бессвязностью подачи информации — верный признак менталитета индустриального общества. Способность впитывать громадный объём разнородных блипов и самостоятельно находить концепции, на которые, как на нитки, нанизываются укладывающиеся в них информационные бусины, является неотъемлемым свойством человека третьей волны.

Демассификация цивилизации, одновременно и жертвой и усилителем которой являются СМИ, неизбежно приводит к грандиозному скачку в объёмах информации, которой мы все обмениваемся между собой. Именно поэтому о цивилизации третьей волны можно говорить как об информационном обществе.

Повышаем производительность мозга

Чтобы справиться с информационным потоком, недостаточно изменений инфосферы, какими бы радикальными они ни были. Должны измениться способы, с помощью которых мы синтезируем информацию, наши представления о грамотности. Третья волна может в итоге проявится в том, что мы захотим даже изменить биохимию нашего мозга.

Интересная метаморфоза происходит с грамотностью. Если в индустриальной цивилизации даже самый умный и умелый, но не умеющий читать и писать человек не мог получить даже простую работу, которая требовала заполнения каких-то форм и таблиц, то в умной среде информационного общества требования к традиционной грамотности могут исчезнуть как условие получения квалифицированной работы.

В информационную эпоху компьютеры увеличат силу мозга человека так же, как машины увеличили силу его мышц в индустриальную эпоху.

Человеческое воображение, его интуиция и интеллект будут играть в ближайшие десятилетия по-прежнему определяющую роль, но компьютеры смогут углубить наше представление о причинно-следственных связях. Анализируя огромные массивы информации, они будут находить незаметные паттерны, позволяющие установить взаимосвязь между разными группами данных. Они изменят способ, которым мы анализируем проблемы и интегрируем информацию. В 1980 году, когда писалась книга, термин big data был никому не известен.

Компьютер полностью изменит социальную память человека. Первоначально социальная память хранилась в мозге человека. Она изменялась, пополнялась, корректировалась в течение жизни человека и затем умирала вместе с ним. За счёт массового распространения грамотности письменность дала людям возможность переносить свою социальную память на бумагу. Индустриальная эпоха создала такие внешние носители социальной памяти — звуко- и видеозапись. Социальная память отделилась от мозга человека, но при этом стала пассивной. Для редактирования её надо было снова загружать в мозг человека. Третья волна с помощью компьютера сделала внешнюю социальную память интерактивной.

Главные черты будущего

Новая цивилизация будет иметь намного более диверсифицированную энергетическую базу, в которой будут преобладать экологически чистые возобновляемые источники.

Технологическая база третьей волны также будет широко диверсифицирована: от биологии, генетики, электроники, материаловедения до освоения космоса и глубин океана.

Главным сырьём новой экономики станут информация и воображение. С помощью информации и воображения будет найдена замена большинству невозобновляемых ресурсов современной цивилизации.

В связи с беспрецедентным ростом значения информации человечество реструктурирует образование, перестроит научно-исследовательские работы и, главное, реорганизует систему коммуникаций.

Сдвиг в сторону базирующегося на информации и электронике общества приведёт к снижению энергопотребности цивилизации.

В цивилизации третьей волны фабрика перестанет служить организационным прототипом для всех других общественных институтов. Её целью перестанет быть массовое производство.
Новые принципы организации производства и административной работы потребуют новых трудовых ресурсов, наделённых сообразительностью и изобретательностью, а не способностью выполнять рутинные действия.

Третья волна изменит систему воспитания и образования таким образом, чтобы перестать «штамповать» людей для выполнения постоянно повторяющихся действий. Большая часть работы вообще переместится из фабрики и офиса на дом. Но ни дом, ни один другой институт не займёт место, которое в прежних цивилизациях занимали сначала собор, а потом фабрика. Организация общества будет напоминать скорее сеть, чем иерархию институтов, как это было прежде.

Корпорации будущего превратятся в многоцелевые, многофункциональные организации, задачи которых выйдут далеко за пределы максимизации прибыли или объёма производства.

Принципы начисления зарплат и бонусов руководителей постепенно изменятся, чтобы отразить эту новую многофункциональность. Общество и корпорации (как его часть) перейдут с единого синхронизированного ритма гигантского конвейера на гибкие индивидуальные графики и расписания.

Бюрократическая иерархия в бизнесе будет заменена на многочисленные новые неиерархические организационные формы. Там, где иерархия сохранится, она станет более плоской и будет носить временный характер.

Множество новых религий, движений, научных теорий, философских течений, форм искусства появится в количествах, которые не были возможны (да и не были нужны) в индустриальную эпоху.

Возникающая мультикультура породит хаос, который продлится до тех пор, пока не будут созданы новые механизмы группового разрешения конфликтов.

Третья волна характеризуется растущей дифференциацией общества и приведёт к ослаблению роли национальных государств и росту роли регионов и даже отдельных городов.

Интересы культурного, экологического, религиозного и экономического сотрудничества отдельных регионов будут играть в процессе налаживания межрегиональных связей более значительную роль, чем географическая близость.

Развивающиеся страны откажутся от попыток скопировать пример промышленно развитых стран и выработают свои, радикально новые стратегии развития, основанные на их культурных и религиозных традициях.

Демократия XXI века

Первым еретическим принципом правительства третьей волны является принцип власти меньшинства. Уже сегодня в обществе очень сложно выделить большинство, имеющее единое мнение по одному вопросу. Напротив, общество всё больше распадается на малые группы, готовые отстаивать свои интересы.

Идеологи второй волны походя оценивают демассификацию общества как негативное явление. И отвергают его в корне. Используют термин «балканизация». Упрекают меньшинства в «эгоизме». Этот подход имеет очень серьёзные последствия.

При наличии адекватных институтов многообразие может стать основой стабильного общества. Но, чтобы достичь этого, необходимо основательно реформировать политическую систему.

Второй строительный элемент новой политической системы — полупрямая демократия. Вопрос не стоит о выборе между прямой и представительской демократией. Поскольку обе системы имеют свои плюсы, интеграция прямо-о участия граждан и их представителей кажется наиболее вероятной.

Третьим принципом политики завтрашнего дня станет распределение решений.
Вопрос не стоит о децентрализации принятия решений как самоцели. Необходимо правильное размещение решений на тот уровень, где они могут быть приняты оптимальным путём. Изменение информационных потоков позволяет перенести многие решения на низовой уровень. В то же время, необходимы новые наднациональные институты для более эффективного решения проблем, выходящих за рамки компетенции национальных властей.

Вместо заключения

Третья волна не является ни утопией, ни антиутопией. Она предлагает позитивную и революционную альтернативу будущего, которая, тем не менее, лежит в пределах реалистично достижимого. Это и есть практопия.

Почему это происходит? На этот вопрос нет ответа. Тысячи разных взаимосвязанных потоков просто начали течь. Мы видим их взаимосвязи и грандиозные петли обратной связи, которые усиливают их бег. Но одной единственной причины, одной единственной переменной, которая дала старт этому процессу, просто не существует.

Две тенденции: диверсификация общества и ускорение исторического процесса — оказывают мощнейшее давление на людей и на институты, привыкшие иметь дело с невысоким уровнем разнообразия и медленным ходом перемен.

Это столкновение порождает шок будущего. Единственный способ преодолеть его — это научиться действовать в новых условиях. Для этого и людям, и институтам предстоит изменить себя.

Некоторым поколениям выпала роль хранителей цивилизации. Участь других — строить цивилизацию. Наш удел — созидать. И начинать строительство новой политической системы надо прямо сейчас, пока дезинтеграция старой системы не выпустила на улицы силы тирании, сделав неизбежным насильственный путь к победе демократии XXI века.

«Как отцам-основателям США, нам выпала судьба созидать», — писал Тоффлер в 1980 году в книге “Третья волна”…

Редакция благодарит Михаила Иванова и проект Smart Reading за сотрудничество и предоставленные материалы.