В мире мужчин и роботов

Число мужчин, потерявших работу после того, как технологии сделали ручной труд неэффективным и ненужным, растёт — конечно же, им предложили новую работу, однако она стала принципиально другой, она лишала самостоятельности и требовала мощных навыков общения: только в этом случае компания могла нанять их. Эллисон Шрегер в колонке для Quartz разбирается, почему лжепророк, пообещавший полноту власти простым рабочим, обрёк их на роль «догоняющего» — и произошло это не вчера или сегодня, а ещё во времена индустриальной революции ХІХ века в Великобритании.

Закат эпохи мужчины-добытчика

Традиционно роль мужчини сводилась к обеспечению и защите семьи. Неудивительно, что так много мужчин в развитых странах находятся в критической ситуации, когда технологии воспринимаются как причина растущего популизма и неудовлетворённости.

Способ, с помощью которого общество определяет значимость мужчины, часто коррелирует с выполняемой ним работой — но технологии изменили саму природу работы: умные машины и роботы могут справляться с теми задачами, с которыми не справится даже крепкий мужчина, и делают это в индустриях, где это происходит быстрее всего — подобных промышленности — где большинство несчастных случаев на рабочем месте относятся именно к работе, традиционно выполняемой мужчинами.

Доля рабочей силы среди мужчин от 25 до 55 лет в США упала на 3,5% с 1994 по 2014 год, и ожидается, что этот показатель будет падать и дальше в следующие 10 лет. Мужчина как единственный кормилец семьи уже не актуален для многих домохозяйств. Кроме того, очень часто меняется тип и стиль работы. График, приведенный ниже, показывает, как и где сегодня работают мужчины:

Доля американцев, распределенных по типу занятости. Хорошо заметно падение числа работников в промышленном производстве, транспортной отрасли и сельском хозяйстве

Доля мужчин-американцев по типу занятости. Заметно падение числа работников в промышленном производстве, транспортной отрасли и с/х | Источник: US Census Bureau, «Current Population Survey»

Зарплатный вопрос

Но меняется не только тип работы, но и сумма оплаты — она совсем не растет, как к тому привыкли. Средняя зарплата работников мужского пола не росла с 1970-х, а во многих сегментах она даже падает — строительство, транспорт и производство (т.е. там, где в основном работают мужчины).

Средняя зарплаты работников мужского пола, занятых в индустриях с высоким уровнем оплаты

Средняя зарплата мужчинн, занятых в индустриях с высоким уровнем доходов

Средняя зарплата работников мужского пола, занятых в индустриях со средним уровнем оплаты

Средняя зарплата мужчин в индустриях со средним уровнем доходов

Средняя зарплата работников мужского пола, занятых в индустриях с низким уровнем оплаты

Средняя зарплата работников мужского пола в индустриях с низким уровнем доходов

Однако эти тренды не особо новые. Они даже могут показывать возврат к более традиционной работе. В течение нескольких тысяч лет мужчины были заняты в сельском хозяйстве или же работали ремесленниками. Они много трудились, но в основном в собственном домашнем хозяйстве — и потому могли сами себе определять часы работы. Согласно мнению историков, трудно преувеличивать то, насколько травматичным стал для них переход с домашнего хозяйства на фабричный труд. Историки говорят, что работа на заводах и фабриках стала сложной для мужчин именно потому, что требовала прихода на предприятие в определенное время, пребывания там в течение целого дня, и выполнение приказов от других людей. Мужчины обычно очень тяжело переносили потерю своей самостоятельности, поэтому на фабрики часто нанимали детей и женщин, ведь они были более послушны, утвеждает историк-экономист Джоэль Мокир.

Целое поколение мужчин потеряло работу и многих из них так не смогли найти другую. Традиционные ремесленники не могли справиться с работой на заводе, к тому же им не представляли большой выбор, ведь машины оказались более продуктивны. Это был очень сложный и неприятный переход, который затянулся более чем на столетие и закончился марксизмом. Владельцы фабрик предпринимали различные проактивные шаги, чтобы изменить положение дел: устраивали школы для детей и делали образование доступным в массах. Но, как это ни странно звучит, их целью было не повышение грамотности населения, а подготовка следующего поколения людей к тому, чтобы они работали полный день и беспрекословно выполняли приказания вышестоящих руководителей.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

От отцов — к сыновьям

Дети бывших ремесленников в конечном итоге адаптировались к новым условиям жизни. Мужчины стали выполнять работу, которая была немыслима в эру их отцов: на железной дороге или телеграфе. К началу ХХ столетия все рабочие при поступлении на работу входили в обязательном порядке в профсоюз —  и это стало стандартом того, как мужчины заботились о своих семьях. Но сегодня пожизненное трудоустройство с таким патерналистским укладом встречается довольно редко. А поскольку под «хорошей работой» в США обычно понимают именно такие взаимоотношения с работодателем, американцы пророчат мрачное будущее своим детям.

Возможно, понадобится ещё одно поколение, чтобы мужчины нашли своё место в мире, однако недавний отчёт OECD (Organisation for Economic Cooperation and Development) показывает, что в целом человечество будет процветать. И пока неопределенность заставляет большинство людей нервничать, историк-экономист Джоэль Мокир так описывает работу будущего:

«—Мы знаем, что грядут изменения.. и что они прнесут и большие возможности, и огромные утраты. Прогресс не достаётся даром. Стагнация — намного хуже… Мы даже не можем себе представить, какими станут новые профессии будущего. Ваша прбабушка в 1914 году, возможно, и представить себе не могла, кто такой эксперт по кибербезопасности.»

Профессор Гарварда Ларри Кац предсказывает возвращение к ремесленничеству для среднего класса, когда хорошая работа потребует от исполнителя сочетания навыков работы с технологиями и личных качеств, чтобы уровень специализированных услуг был высоким.  Мокир высказывает предположение, что в будущем работа также будет более предпринимательской по сути. Станет повсеместной практикой совмещать несколько разных рабочих мест и ездить на работу всего пару раз в неделю. Он предсказывает, что время будет менее подчинено расписанию, а работники станут более автономны, хотя и будут сталкиваться с большим уровнем риска и меньшим уровнем защищённости.

Технология в новом её виде может быть не финалом для мужчин, а лишь ускорить своего рода возврат к доиндустриальной эпохе маскулинности. Люди привыкли сегодня к стабильности и более высоким стандартам жизни. Чтобы облегчить переход, нам понадобятся новые институции и «страховочная сетка» для поколения, которое настиг этот переход. И что более важно, нам нужна система образования, которая сделает то, что раньше делали работодатели: в ХІХ столетии они обучали рабочих для новой экономической системы и учреждали школы. Они заменили собой цеховое, артельное обучение, которое существовало до появления фабрик. Сегодня работодатели не склонны предлагать своим работникам особое обучение; они избегают вложения капитала в сотрудников, которые могут уволиться.

Попытки возродить старую экономику лишь затягивают болезненный переход, который мы переживаем сегодня. Вместо романтизации прошлого стоит говорить о наилучшем способе обучения рабочей силы и обновления навыков постоянно, чтобы современные мужчины преуспевали по мере того, как меняется определение работы.

Источник: Quartz